Семейны сайт: Agulik
«Вроде фашисты, а младенца спасли»

«Вроде фашисты, а младенца спасли»

История девочки Раи, которая выжила в войну лишь благодаря немецкому врачу

Родившаяся во время Великой Отечественной войны в занятой фашистами деревне Раиса Николаевна Лесникова осталась жива только потому, что ее вовремя прооперировали в немецком госпитале. У годовалого младенца с гнойным плевритом в те годы практически не было шансов выжить, тем более на оккупированной территории. Сейчас собеседнице 78 лет. После войны она пыталась найти своего спасителя, но ей так и не удалось разыскать о нем никакой информации.

Пан или паненка?

Деревня Фомино в Ярцевском районе Смоленской области неподалеку от трассы Москва–Минск существует и по сей день. В 1942 году по этой дороге немцы двигались к столице СССР. Останавливались они обычно в населенных пунктах, расположенных рядом с шоссе. В одном из них и жили родители Раисы Лесниковой — Анна и Николай Сорокины со своим четырехлетним сыном. И ждали рождения дочери.

По воспоминаниям Анны Сорокиной, в Фомино останавливались не немецкие, а австрийские вольнонаемные части. Солдаты, служившие там, не устраивали зверских расправ и даже позволили ей из-за беременности не рыть окопы вместе с остальными жителями деревни.

Дочь Раиса появилась на свет, когда военные были дома. Они даже поинтересовались: «Пан или паненка?» Но, конечно, никакого свидетельства о рождении ребенка никто не выдал.

Отец Раисы в то время сбежал из плена и жил с семьей. Он считался предателем, но в деревне его никто не искал, Фомино находилось на оккупированной территории.

В 1943 году фашисты двинулись на запад, в Белоруссию, забрав с собой в плен часть местных жителей. По пути колонна остановилась в деревне Высокое. Сейчас сложно понять, где именно находился этот населенный пункт: в Белоруссии есть две деревни Высокое — Малое и Большое. В одной из них и произошла эта история.

Немецкий госпиталь

В Белоруссии тогда многие болели тифом. Немцы боялись заразиться, и на домах с заболевшими писали: «Тиф». Вся семья Раисы им переболела. А годовалую малышку ждала другая напасть. У нее начался гнойный плеврит — скопление гноя в плевральной полости.

— Я потом только узнала, что это была почти верная смерть, — рассказывает Раиса Лесникова.

Мать с отцом решились отнести дочь в местный госпиталь, где лежали раненые немцы. Врач, на вид лет тридцати, унес девочку и велел родителям ждать. Анна Сорокина тогда очень испугалась, что он навредит ребенку.

Но вскоре маленькую Раю вынесли — всю забинтованную. Врач приказал родителям: «Будете приходить через день на перевязки в течение десяти дней».

— Фашисты, а младенца спасли, — вспоминает Раиса Николаевна.

Ее отец, Николай Сорокин, в те дни заболел воспалением легких и умер. Когда мать пришла с девочкой на перевязку в госпиталь уже одна, врач поинтересовался: «А где пан?»

Он объяснил женщине, что если девочку будут плохо кормить до девяти лет, то она может подхватить туберкулез. Поэтому после войны Анна Сорокина решила не возвращаться на родину и остаться в Высоком, чтобы не рисковать здоровьем дочери. Женщина стала портнихой, шила кукол и детские игрушки. Когда ее пригласили работать кастеляншей в дом ребенка в Орше, они перебрались туда — в барак, построенный немцами. Тогда им казалось, что это настоящие хоромы. В Белоруссии маленькая Рая пошла в школу.

Безымянный спаситель

Подобных историй чудесного спасения во время войны случалось немало. Например, мать мужа Раисы Николаевны в белорусской деревне Ляды спрятала у себя еврейскую девочку, и та выжила. Остальных евреев, живших там, фашисты расстреляли в овраге.

После окончания школы Раиса переехала в Москву. Спустя годы, когда она решила стать донором, врачи спросили у нее о наличии заболеваний. Узнав о перенесенном в детстве гнойном плеврите, поинтересовались: «А ребра у вас все целы?» И объяснили, что при гнойном плеврите их часто удаляют, потому что те буквально сгнивают. После такой операции люди, если и выживают, то остаются калеками. Однако немецкий врач так ювелирно откачал гной, что сохранил девочке все ребра. По сути — сохранил не только жизнь, но и здоровье.

Позже Раиса Николаевна попыталась найти немца, спасшего ее. Правда, данных для этого было слишком мало: никаких справок или рецептов у нее не осталось — только шрам от операции.

В детстве мать постоянно твердила ей: никому об этом случае не рассказывай. В те времена люди боялись возможных репрессий. А после смерти матери в 1993 году Раиса Николаевна обратилась на телевидение. Надеялась, что какие-то фотографии или документы немцев, стоявших в той белорусской деревне, должны были остаться — в самом Высоком или где-нибудь в архивах. Мать ее вспоминала, что захватчики показывали свои семейные снимки, приговаривая: «Плохая война, мы не хотим войны».

Журналисты сделали запросы в посольство Германии, в архивы. Женщина рассказала свою историю в эфире. Однако никто так и не откликнулся — никаких сведений о враче найти не удалось.

— Передача получилась трогательной. Но из архивов в Витебской области пришел ответ, что ничего, к сожалению, разыскать не получилось, — рассказала Раиса Николаевна.

Врач, который спас ей жизнь, так и остался безымянным. Но, по словам женщины, помнить она его будет всегда.